Четверг
23.11.2017
19:39
Категории раздела
Про цыган от гаджо [45]
Цыгани всего мира [48]
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа
Поиск
Цыганские сайты
  • Цыганская скрипка
  • Шылалы балвал..
  • Романы Даёри
  • сайт Ярмаша
  • Романо сайто
  • Ассоциация ромов стран Балтии и СНГ "Амаро дром"
  • Цыганский электронный журнал "Свенко"
  • Амари шатрица

    Всё обо всём

    Главная » Файлы » Рассказы, сказки, легенды про цыган » Про цыган от гаджо

    Алексей Апухтин "Старая цыганка"
    [ ] 11.05.2009, 23:40
    Пир в разгаре. Случайно сошлися сюда,
      Чтоб вином отвести себе душу
      И послушать красавицу Грушу,
      Разношерстные все господа:
      Тут помещик расслабленный, старый,
    Тут усатый полковник, безусый корнет,
      Изучающий нравы поэт
      И чиновников юных две пары.
    Притворяются гости, что весело им,
    И плохое шампанское льется рекою...

    Но цыганке одной этот пир нестерпим.
    Она села, к стене прислонясь головою,
    Вся в морщинах, дырявая шаль на плечах,
      И суровое, злое презренье
    Загорается часто в потухших глазах:
      Не по сердцу ей модное пенье...
    "Да, уж песни теперь не услышишь такой,
    От которой захочется плакать самой!
    Да и люди не те: им до прежних далече...
    Вот хоть этот чиновник,- плюгавый такой,
      Что, Наташу обнявши рукой,
      Говорит непристойные речи,-
    Он ведь шагу не ступит для ней... В кошельке
    Вся душа-то у них... Да, не то, что бывало!"
    Так шептала цыганка в бессильной тоске,
    И минувшее, сбросив на миг покрывало,
      Перед нею росло - воскресало.

      Ночь у Яра. Московская знать
      Собралась как для важного дела,
    Чтобы Маню - так звали ее - услыхать,
      Да и как же в ту ночь она пела!
    "Ты почувствуй",- выводит она, наклонясь,
      А сама между тем замечает,
      Что высокий, осанистый князь
      С нее огненных глаз не спускает.
    Полюбила она с того самого дня
      Первой страстью горячей, невинной,
    Больше братьев родных, "жарче дня и огня",
      Как певалося в песне старинной.
    Для него бы снесла она стыд и позор,
      Убежала бы с ним безрассудно,
    Но такой учредили за нею надзор,
      Что и видеться было им трудно.
      Раз заснула она среди слез.
    "Князь приехал!" - кричат ей... Во сне аль серьезно?
      Двадцать тысяч он в табор привез
      И умчал ее ночью морозной.
      Прожила она с князем пять лет,
    Много счастья узнала, но много и бед...
    Чего больше? спросите - она не ответит,
      Но от горя исчезнул и след,
    Только счастье звездою далекою светит!
      Раз всю ночь она князя ждала,
     Воротился он бледный от гнева, печали;
      В этот день его мать прокляла
      И в опеку имение взяли.
    И теперь часто видит цыганка во сне,
      Как сказал он тогда ей: "Эх, Маша,
      Что нам думать о завтрашнем дне?
      А теперь хоть минута, да наша!"
     Довелось ей спознаться и с "завтрашним днем":
     Серебро продала, с жемчугами рассталась,
      В деревянный, заброшенный дом
      Из дворца своего перебралась,
      И под этою кровлею вновь
      Она с бедностью встретилась смело:
      Те же песни и та же любовь...
      А до прочего что ей за дело?
    Это время сияет цыганке вдали,
    Но другие картины пред ней пролетели.
    Раз - под самый под Троицын день -- к ней пришли
    И сказали, что князь, мол, убит на дуэли.
    Не забыть никогда ей ту страшную ночь,
      А пойти туда на дом не смела.
    Наконец поутру ей уж стало невмочь:
      Она черное платье надела,
    Робким шагом вошла она в княжеский дом,
    Но как князя голубчика там увидала
      С восковым, неподвижным лицом,
      Так на труп его с воплем упала!
    Зашептали кругом: "Не сошла бы с ума!
      Знать, взаправду цыганка любила..."
    Подошла к ней старуха княгиня сама,
      Образок ей дала... и простила.
    Еще Маня красива была в те года,
      Много к ней молодцов подбивалось,-
      Но, прожитою долей горда,
      Она верною князю осталась;
    А как помер сынок ее - славный такой,
      На отца был похож до смешного,--
    Воротилась цыганка в свой табор родной
    И запела для хлеба насущного снова!
    И опять забродила по русской земле,
    Только Марьей Васильевной стала из Мани...
      Пела в Нижнем, в Калуге, в Орле,
      Побывала в Крыму и в Казани;
      В Курске - помнится - раз, в Коренной,
    Губернаторше голос ее полюбился,
    Обласкала она ее пуще родной,
      И потом ей весь город дивился.
    Но теперь уж давно праздной тенью она
    Доживает свой век и поет только в хоре...
      А могла бы пропеть и одна
      Про ушедшие вдаль времена,
      Про бродячее старое горе,
      Про веселое с милым житье
      Да про жгучие слезы разлуки...
    Замечталась цыганка...
      Ее забытье
      Прерывают нахальные звуки.
      Груша, как-то весь стан изогнув,
      Подражая кокотке развязной,
      Шансонетку поет. "Ньюф, ньюф, ньюф..." -
      Раздается припев безобразный.
      "Ньюф, ньюф, ньюф,- шепчет старая вслед,-
      Что такое? Слова не людские,
      В них ни смысла, ни совести нет...
      Сгинет табор под песни такие!"
      Так обидно ей, горько,- хоть плачь!

    Пир в разгаре. Хвативши трактирной отравы,
      Спит поэт, изучающий нравы,
      Пьет довольный собою усач,
      Расходился чиновник плюгавый:
    Он чужую фуражку надел набекрень
      И плясать бы готов, да стыдится.
    Неприветливый, пасмурный день
      В разноцветные стекла глядится.


    Категория: Про цыган от гаджо | Добавил: Nanka
    Просмотров: 438 | Загрузок: 0
    Счетчик тИЦ, PR и обратных ссылок